Автор: Клемент Харрольд
Скептики иногда утверждают, что канонические Евангелия — это мифические повествования, имеющие мало или совсем никакого основания в исторических фактах. Согласно их логике, мы не должны доверять тому, что Матфей, Марк, Лука и Иоанн говорили о жизни Иисуса, так же как мы не должны доверять тому, что Гомер говорил о падении Трои или Вергилий — об основании Рима. В этой статье мы рассмотрим причины, по которым скептики почти полностью ошибаются, а также один из способов, которым их теория на самом деле подчеркивает красоту христианства.
Евангелия — это исторические повествования
Что сразу отличает Евангелия от древних мифов, так это то, как они изображают Иисуса как недавнюю историческую фигуру. Как объясняют Пол Эдди и Грегори Бойд в своей книге «Легенда об Иисусе», мифы, как правило, рассказывали истории, которые происходили в неопределенный период истории. В этом отношении они были сродни нашим современным сказкам, начинающимся со слов «Жили-были», или саге «Звёздные войны» с её знаменитой вступительной фразой: «Давным-давно в далёкой-далёкой галактике».
Теперь сравним этот подход со следующими утверждениями из Евангелия от Луки:
«Во дни Ирода, царя Иудейского, был священник из Авиевой чреды, именем Захария, и жена его из рода Ааронова, имя ей Елисавета». (Лука 1:5).
«В те дни вышло от кесаря Августа повеление сделать перепись по всей земле. Эта перепись была первая в правление Квириния Сириею». (Лука 2:1-2)
«В пятнадцатый же год правления Тиверия кесаря, когда Понтий Пилат начальствовал в Иудее, Ирод был четвертовластником в Галилее, Филипп, брат его, четвертовластником в Итурее и Трахонитской области, а Лисаний четвертовластником в Авилинее, при первосвященниках Анне и Каиафе, был глагол Божий к Иоанну, сыну Захарии, в пустыне». (Лука 3:1-2).
Очевидно, что конкретное историческое повествование Луки находится за много световых лет от расплывчатых, вневременных мифов древнего мира, не говоря уже о вымышленных сказках Джорджа Лукаса и братьев Гримм.
Учёные сходятся во мнении, что все четыре Евангелия в значительной степени относятся к жанру греко-римских биографий. Другими словами, это повествования, которые стремятся изложить ключевые факты жизни и учения Иисуса. Даже если скептик захочет возразить, что эти рассказы в некоторых отношениях приукрашены или ошибочны, это не изменит того факта, что четыре Евангелия были написаны как исторические биографии, а не как идеализированные народные сказки.
Что касается личностей четырех биографов, то самые древние предания описывают Евангелия как результат свидетельств очевидцев. Это имеет смысл для любого, кто действительно читал Евангелия (см., например, Иоанна 12:3). Евангелие от Иоанна прямо утверждает, что является результатом свидетельств очевидцев (см. 19:35), в то время как Лука говорит, что он составляет свой «упорядоченный рассказ» на основе того, что он получил от очевидцев (см. 1:2-3). Более того, самые ранние сохранившиеся записи говорят нам, что Марк был спутником Петра, а Матфей был одним из двенадцати апостолов.
Что касается распространенного скептического утверждения о том, что четыре Евангелия формально анонимны и, следовательно, ненадежны, то Саймон Гэтеркоул из Кембриджского университета, специализирующийся на Новом Завете, убедительно показал, что это утверждение, как ни парадоксально, является мифом.
Евангелия были написаны очень рано
Историческую достоверность четырёх Евангелий подкрепляет их близость к событиям, которые они описывают. Хотя споры о времени написания Евангелий продолжаются, даже скептически настроенные учёные склонны признавать, что все четыре были написаны в течение еще имеющейся, живой памяти о публичном служении Иисуса. Это значительно затрудняет утверждение, что Евангелия — это всего лишь набор легенд, возникших спустя долгое время после смерти Иисуса. Более того, анализ аргументов показывает, что существуют веские доказательства того, что Евангелия были написаны даже раньше, чем многие скептики готовы признать.
Центральным аргументом является тот факт, что ни одно из Евангелий никогда не описывает разрушение Иерусалима римлянами в 70 году н.э. как событие прошлого. Учитывая, насколько катастрофическим было это событие для еврейского народа, жившего в первом веке, почти невероятно утверждать, что четыре евангелиста ни разу не упомянули бы его в свете учения Христа или не указали бы на него как на доказательство того, что Ветхий Завет исполнился в личности Иисуса. Также кажется маловероятным, что Матфей стал бы рассказывать о том, как Иисус обязался платить храмовый налог, если бы Храм теперь лежал в разрушенном состоянии (см. Мф 17:24-27).
Кроме того, у нас есть интригующее описание в Иоанна 5:2 о купальне с пятью портиками, которая «находится» в Иерусалиме. Как убедительно доказывает исследователь Нового Завета из Кембриджского университета Джордж ван Коотен, тот факт, что в этом стихе используется настоящее время для описания сооружения, которое почти наверняка было разрушено в 70 году н.э., является веским доказательством того, что Евангелие от Иоанна было написано до этой даты. Но если Евангелие от Иоанна, как считают большинство ученых, является последним из четырех Евангелий, то остальные три также должны были быть написаны до 70 года.
Еще одно важное доказательство исходит из связи Евангелия от Луки с книгой Деяний, которую Лука написал как его продолжение. Тот факт, что в Деяниях апостолов нигде не упоминается казнь Павла, произошедшая в 64/65 годах н.э., убедительно свидетельствует о том, что книга была написана до этой даты. Почему Лука принял такое странное литературное решение, закончив свою книгу тем, что Павел находится в Риме, вместо того, чтобы рассказать о его славном мученичестве?
Помимо того, что рассказ о смерти Павла предоставил бы ранней Церкви превосходный пример радикального ученичества, он также предложил бы драматическую литературную параллель с мученичеством Стефана, которое происходит в начале Деяний апостолов — мученичеством, к которому Павел был причастен до своего обращения в христианство. Тот факт, что Лука этого не делает, является убедительным доказательством того, что Деяния апостолов были написаны не позднее начала 60-х годов н.э., а это значит, что его Евангелие было написано раньше, из чего следует, что Евангелия от Матфея и Марка (которые, по мнению ученых, были написаны раньше Луки) были написаны еще раньше.
Учитывая вышеизложенные соображения, неудивительно, что единственные две научные работы, посвященные датировке книг Нового Завета — «Передатировка Нового Завета» Джона А.Т. Робинсона (1976) и «Переосмысление дат Нового Завета» Джонатана Бернье (2022) — обе приходят к выводу, что все четыре Евангелия были написаны до 70 г. н.э. По мнению Бернье, Евангелие от Матфея, вероятно, было написано примерно в 45-59 гг. н.э., от Марка — примерно в 42-45 гг. н.э., от Луки — примерно в 59 г. н.э., а от Иоанна — примерно в 60-70 гг. н.э.
Евангелия были достоверно переданы нам
Нашей убежденности в достоверности Евангелий как исторических источников способствует также исключительная точность их рукописной версии. Это дает нам высокую степень уверенности в том, что Евангелия, которые мы читаем сегодня, в значительной степени остались неизменными с момента их первого написания. Фактически, ученые способны реконструировать Новый Завет с точностью примерно 99%, что означает, что существует всего около 1300 слов, подверженных текстовым вариациям. Из них подавляющее большинство представляют собой незначительные различия. Например, в некоторых рукописях 1 Иоанна 1:4 можно перевести как «И сие пишем вам, чтобы радость наша была совершенна», в то время как в других — «И сие пишем вам, чтобы радость ваша была совершенна».
В общей сложности сохранилось около 5800 полных или частичных рукописей Нового Завета. Самая старая из них, фрагмент, известный как P52, датируется серединой II века, а самая старая полная копия Нового Завета, Синайский кодекс, датируется серединой IV века. Помимо этого, в трудах Отцов Церкви содержится бесчисленное множество ссылок на Новый Завет. В своей книге «Общее введение в Библию» учёные Норман Гейслер и Уильям Никс подсчитали, что только в трудах доникейских Отцов (то есть Отцов Церкви, живших до Никейского собора 325 г. н.э.) насчитывается около 32 000 цитат и аллюзий из Нового Завета.
Сравните всё это с тем, что мы имеем в других древних текстах, и контраст будет разительным. Например, «Анналы» римского историка Тацита известны нам лишь по двум неполным рукописям, датируемым IX и XI веками. «Комментарии к Галльской войне» Юлия Цезаря находятся в не особо лучшем положении: из дюжины имеющихся у нас рукописей самая старая датируется IX веком — примерно на 900 лет позже написания оригинального текста! Аналогичная ситуация и с «Сравнительными жизнеописаниями» Плутарха; Несмотря на свою огромную историческую значимость, самая старая из существующих рукописей датируется десятым веком, и даже она неполна.
Евангелия содержат признаки подлинности
Эдди и Бойд отмечают, что Евангелия также содержат ряд внутренних элементов, указывающих на то, что они являются историческими документами. Включение неудобных деталей: например, Иосиф из Аримафеи (член того самого Синедриона, что преследовал первых христиан) присутствовал при погребении Иисуса, а все первые свидетели Воскресения были женщинами (которые даже не могли давать показания в суде в первом веке).
Упущение важных вопросов: если бы евангелисты выдумывали истории, можно было бы ожидать, что в их Евангелиях будут рассмотрены такие вопросы, как, например, какими должны быть новообращенные из язычников евреи.
Включение случайных деталей/непредвиденной информации: например, когда в Марке 4:36 говорится, что «с Ним были и другие лодки», это свидетельствует о том, что мы имеем дело со свидетельством очевидца, а не с выдуманной историей.
Наличие арамейизмов в тексте: тот факт, что евангелисты оставляют некоторые фразы на арамейском языке, помогает нам точно определить, когда и где были написаны Евангелия.
Включение личных имен: в отличие от внеканонических Евангелий, которые изобретают новые имена, поздние канонические Евангелия, как правило, исключают личные имена, что позволяет предположить, что они относились к реальным людям, но умершим к тому времени.
В дополнение к этим внутренним элементам, Эдди и Бойд также подробно описывают некоторые внешние свидетельства, подтверждающие ключевые аспекты евангельских повествований. К ним относятся свидетельства о распятии Иисуса таких древних личностей как Плиний и Иосиф Флавий, а также такие археологические находки как камень с именем Понтия Пилата, дом Петра в Капарнеуме и даже сама гробница Иисуса.
Евангелия подтверждают древние мифы
Прежде чем закончить, стоит отметить один момент, в котором скептики правы, хотя и неосознанно. По мнению некоторых великих христианских мыслителей XX века, четыре Евангелия действительно сохраняют мифический характер, поскольку предлагают архетипическую историю о том, что значит быть человеком и как люди должны относиться к Богу.
Однако ключевое отличие Евангелий, как осознал К.С. Льюис после своего обращения в христианство, заключается в том, что они не просто мифы; они также являются историей. Они, как выразился Льюис, — это миф, ставший фактом:
«Но христианам также нужно напомнить… что то, что стало фактом, было некогда мифом, и это привносит в мир Фактов все свойства Мифа. Бог — это больше, чем бог, а не меньше; Христос — это больше, чем Бальдер, а не меньше. Мы не должны стыдиться мифического сияния, исходящего от нашей теологии. Мы не должны нервничать по поводу «параллелей» и «языческих христов»: они должны быть там — в противном случае это стало бы камнем преткновения. Мы не должны, руководствуясь ложной духовностью, отказывать в гостеприимстве нашему воображению. Если Бог предпочитает быть мифопоэтичным — а разве само небо не является мифом, — должны ли мы отказаться быть мифопатами? Ибо это брак неба и земли: совершенный миф и совершенный факт, требующий не только нашей любви и нашего повиновения, но и нашего удивления и восторга, обращенный к дикарю, ребенку и поэту в каждом из нас не меньше, чем к моралисту, ученому и философу.»
(«Миф стал фактом»)
Евангелия показывают нам, что глубокие стремления, которые люди выражали через свои мифы на протяжении тысячелетий и в разных культурах, были основаны на чем-то реальном. Через свои истории эти люди искали божественное, даже если их поиск был весьма несовершенным.
В этом отношении все древние мифы подводили нас к Христу: Он — истинное лицо Божественного, что сошло на землю в полноте времени, исполнив самые сокровенные желания человеческого сердца. По этой причине Его история, рассказанная в четырех Евангелиях, поистине является величайшей историей — и более того, величайшей исторической хроникой — из когда-либо рассказанных.
Источник: https://stpaulcenter.com/